Радуга, которая научилась отдыхать
После дождя, однажды днём, когда солнце пробилось сквозь тучи, по небу раскинулась новенькая радуга. Она была самым ярким и самым весёлым, что только можно было увидеть на много вёрст вокруг, — красная и оранжевая, жёлтая, зелёная, голубая и фиолетовая — и светилась над умытым, блестящим миром.
Внизу дети показывали пальцами и смеялись: «Радуга! Радуга!» А маленькая радуга сияла изо всех сил и очень гордилась тем, что всем дарит улыбку.
Но сиять — работа нелёгкая. День потихоньку клонился к вечеру, и радуга начала уставать. Яркие краски сделались тяжёлыми. Её свет чуть-чуть замерцал.
«Я не хочу гаснуть, — сказала она мягкому серому облачку рядом. — Если я погасну, меня не станет. А ведь все любят меня, когда я сияю».
«Ах, малышка, — ласково сказало облачко. — Когда ты отдыхаешь, ты вовсе не исчезаешь. Ты просто… ненадолго складываешь свои краски и даёшь небу потемнеть и затихнуть, чтобы все могли уснуть. Это ведь тоже подарок».
«А я вернусь?» — спросила радуга.
«Всегда, — ответило облачко. — Каждый раз, когда дождик и солнышко затанцуют вместе, ты снова появишься — свежая, яркая и совсем новая. Отдых тебя не заканчивает. Это то, как ты возвращаешься завтра».
И маленькая радуга сделала медленный вдох и начала отпускать. Сначала смягчился фиолетовый, потом голубой, потом зелёный — каждая краска гасла тихонько, будто свечку прикрутили пониже. Небо стало из золотого розовым, потом глубоким и сонно-тёмным, и одна за другой зажигались звёзды там, где только что были её краски.
«Спокойной ночи, — прошептала радуга, когда последний её отблеск мягко растаял в ночи. — Увидимся после дождя».
И она отдыхала — сложенная и укрытая за тёмным, спящим небом — и ждала, как и всё вокруг, утра.
И правда: в тот самый первый раз, когда дождик и солнышко снова вышли поиграть вместе, она опять была тут — ярче и веселее, чем прежде, раскинув все свои краски по небу.